Отставка Руслана Кравченко с должности генерального прокурора была решена еще до голосования Верховной Рады. Дело даже не в том, что так решил Владимир Зеленский. Кравченко сам превратил свой финал в фарс. Об этом пишет в свой колонке на УНИАН Сергей Лямец. Итак, дело ICU.
Валерия Гонтарева
В любой другой момент дело против директора НАБУ было бы возможным и даже уместным. Но после того, как НАБУ обнародовало записи его подчиненных, выдвигать обвинения против главы Бюро — это как играть бессмысленный дембельский аккорд. По цинизму эта проделка напоминала попытку диктатора мобилизовать детей, когда все битвы уже проиграны, но хочется протянуть еще пять минут. В таких обстоятельствах Верховная Рада просто обязана была сбросить балласт и сохранить свое лицо и лицо президента.
Но есть еще одна сторона процесса, и сейчас сложилась возможность его рассмотреть. Обратите внимание, как интенсивно продавливали отставку генпрокурора разного рода лидеры мнений и активисты. Соцсети переполнились гневными постами и видосами о задержании генпрокурора в Париже. Ну и, конечно, самое прекрасное — зажигательные комментарии.
В чем дело? Вам расскажут, что эти люди волновались о законности и порядке. Но это, конечно, не так. Еще месяц назад все эти активисты могли не знать, что в Украине существует генеральный прокурор. Но последнюю неделю — беспощадно его разоблачали. Скорее всего, причинно-следственная связь другая. Состоялась кампания по «взбиванию» не только Кравченко, но и целой группы влияния, которая последний год контролировала Офис генпрокурора. Так в свое время «сбивали» группу Миндича, кстати.
Не защищаю ни Кравченко, ни Миндича. Вообще не интересно, виноваты они или нет. Мой вопрос другой — почему? Почему сейчас? Почему сбивают? Какие интересы тех, кто стоит за этой кампанией?
Логика здесь более-менее ясна. Если сбивают главу «Энергоатома», значит интересует контроль за тендерами и продажей электроэнергии. А вот Офис генпрокурора — это контроль резонансных расследований. Некоторые из них генпрокурор способен тормозить (в этом команду Кравченко подозревали), а другие активизировать (в этом их тоже подозревали). Мои источники в Офисе генпрокурора рассказывали, что с момента назначения Кравченко возникли разговоры о том, как одни дела руководство ОГП затормозило по непонятным причинам, а другие специально активизировало, чтобы потом иметь возможность затормозить. Проверить, истинны ли эти слухи, я не могу. Но такие слухи ходили — это 100%. Если таковая линия поведения была, она наверняка порождала массу недовольных.
В этой связи особенно интересно, чьи дела вели сотрудники Офиса генпрокурора в последнее время. Не стали ли такие расследования одним из факторов, в конце концов создавших проблемы для Кравченко?
Для яркости примера напомню вам один из эпизодов, о котором я писал в июле этого года. Фигуранты этого дела — классические интересанты скандала вокруг увольнения генпрокурора.
Резонансное дело ICU
В январе 2026 года Офис генпрокурора разослал запросы о международной правовой помощи в генеральные прокуратуры Нидерландов, Кипра и BVI, чтобы получить информацию о группе Investment Capital Ukraine (она же «Инвестиционный капитал Украина», или ICU).
Но уже в июле 2026 стало известно, что Офис генпрокурора свои запросы отозвал . Почему?
Для начала скажем, что дело совсем не проходимое. Возможно, вы знаете группу Investment Capital Ukraine благодаря именам ее действующих (Макар Пасенюк, Константин Стеценко) и бывших совладельцев (экс-глава Нацбанка Валерия Гонтарева, экс-министр энергетики Владимир Демчишин, а также Галина Улютина — супруга замглавы российского государственного банка «ВТБ» Юрия Соловьева). Они владели и обладают, пожалуй, крупнейшим и влиятельным на сегодняшний день инвестиционным банком Украины, который обслуживал, среди прочего, окружение Виктора Януковича и Петра Порошенко.
Следовательно, уголовное дело против этой группы — это не просто вопрос на миллиарды. Это доступ к информации о деньгах самых влиятельных людей Украины.
Неудивительно, что многие годы группа ICU оставалась буквально невидимой для стражей порядка. Если дела с ее упоминанием открывались, очень быстро закрывались. Нынешнее расследование выбивалось из этой закономерности, и началось оно за Кравченко. Этот факт не говорит о том, что Кравченко святой или у него копыта с хвостом. Это говорит о том, что впервые ICU стала фигурантом масштабного дела.
Нового генпрокурора назначили в июне 2025 года, а следствие по делу № 62025000000000954, в котором фигурирует ICU, было открыто в сентябре 2025 года. Масштаб был достаточно значительным. Вместо типичных 1–2 следователей дело вели 13 сотрудников ГБР и 5 прокуроров разных уровней, включая старших прокуроров разных департаментов. Это можно считать признаком серьезного кейса.
Серьезным был и масштаб изучаемой информации. В официальных документах фигурировали Пасенюк, Стеценко, Гонтарева и многочисленные компании в Украине, Кипре и British Virgin Islands (BVI), входящие в состав группы «Инвестиционный капитал Украина» (ICU). Например, среди них очень известны ICU Trading, ICU Holdings, ICU Investment Management, CIS Opportunities Fund и АО «Банк Авангард» (всего более десятка структур). Прокуроры и следователи анализировали не только украинский «фасад», но и оффшорную сердцевину группы.
Чтобы вы не думали, что запросы — это фейк, я публикую скриншоты первых страниц всех трех запросов.
Следователи изучали их возможную причастность к финансовым отношениям с представителями Российской Федерации, а также к злоупотреблению властью в целях наживы. У Нидерландов, Кипра и BVI прокуроры попросили предоставить Украине финансовую отчетность компаний и другие необходимые данные плюс чтобы иностранные коллеги сохранили конфиденциальность. Среди прочего, в ОГП заверили, что дело не является политическим. Это важная ремарка, потому что защита всегда эксплуатирует тему политических преследований, чтобы заблокировать международные расследования.
В июле 2026 г. стало известно, что международные запросы могли быть отозваны. Видимо, ICU узнали о расследовании и приложили усилия, чтобы его «похоронить». Как удалось договориться, я не знаю. По данным моих источников, уже в феврале 2026 года генпрокурор при поддержке начальника Управления обеспечения исполнения полномочий генпрокурора в уголовном производстве Айдина Худиева распорядился отстранить от расследования всю группу прокуроров, занимавшуюся, в частности, международными запросами. А уже в июне 2026 стало известно, что международные запросы могли быть частично отозваны. После этого дело стало на паузу. Украина в лице Офиса генпрокурора потеряла интерес к столь резонансному делу.
Кстати, еще зимой 2026 появились слухи о том, что кто-то предлагал руководству Офиса генпрокурора $500 тысяч за то, чтобы дело ICU исчезло. Якобы именно этим объяснялось то, что слишком старательные прокуроры были отстранены от расследования, а запросы о международной правовой помощи стали неактуальными. Из рассказа все выглядело классически: сначала создали необходимость, приступив к уголовному производству, а затем «обилетили клиента» и все свернули. Конечно, проверить эту информацию я не мог тогда и не могу до сих пор. Поэтому считаю, что относиться к ней нужно только как к слухам, требующим проверки.
Однако, как отметили мои источники, дело не было закрыто. Ее просто поставили на паузу.
Вполне вероятно, что договориться удалось только об этом. Почему? Возможно, из-за тесной связи ICU с Порошенко. Они буквально владеют тайнами «Сивочолога», и накануне выборов эти тайны были бы очень кстати. Грех закрывать дело и снимать владельцев ICU с крючка.
Как бы там ни было, имеем факт. Скорее всего, весной или летом 2026 года ICU удалось договориться о замораживании расследования, в котором они фигурируют. Таковы были мои выводы в июле. Я решил вернуться к делу ICU позже, чтобы проверить — действительно ли Офис генпрокурора остановил расследование. По состоянию на середину сентября выглядело так, будто никакой активности в деле действительно нет.
Используя такое затишье, ICU пытается сбить в судах санкции НБУ относительно признания репутации Пасенюка и Стеценко небезупречной. Насколько я понимаю, выигрывать подобные дела группа может только при условии, что в целом со стороны властей к ней не осталось претензий.
Все зашло слишком далеко
Однако расследование до сих пор не закрыто. Оно продолжает висеть дамокловым мечом над головами финансистов.
И вот здесь можно задать вопрос: не зашло ли расследование против ICU настолько далеко, что стало создавать реальную угрозу Гонтаревой, Порошенко и созданной ими группе по обслуживанию потоков представителей власти под названием ICU, сегодня формально оформленной на Макара Пасенюка и Константина Стеценко? Не стало ли это, в свою очередь, одной из причин того, что давление в какой-то момент начало переключаться уже на самого Кравченко?
Да, это предположение. Но логика здесь совершенно железная. Если нынешний генпрокурор дело не закрывает, это сможет сделать другой генпрокурор.
Повторюсь, я совсем не считаю, что ICU настолько мощны, чтобы «сбить» Кравченко, подключив НАБУ и активистов. Они наверняка одни из многих подобных фигурантов расследований, контролируемых Офисом генпрокурора. Однако я напомню, что у той же Валерии Гонтаревой исторически неплохие отношения с НАБУ. Бюро системно не замечало деятельность главы НБУ, хотя банальная логика подсказывала, что в ее случае поводов установить прослушивание и изучить документы — предостаточно.
А еще ICU — проверенная годами сервисная компания для представителей верховной власти в Украине. Итак, контакты у группы — лучшие в стране.
Есть еще один весомый повод для того, чтобы добиться закрытия дела любым возможным путём. Группа ICU до сих пор не потеряла статус инвестбанка № 1 в Украине. Группа работает не только в Украине, но и в Британии, Швейцарии, Кипре и Эмиратах. Для Макара Пасенюка и Константина Стеценко расследование против ICU зашло слишком далеко. Уголовное дело угрожает их будущим проектам.
Кроме того, по данным моих источников, Валерия Гонтарева открывает family office на Кипре. Ее партнершей в новом проекте может стать бывшая первая заместитель главы НБУ Екатерина Рожкова, которую также заметили на Кипре и у которой там, по слухам, есть недвижимость. Рожкова — давняя подруга и доверенное лицо эксглавы Нацбанка, долгие годы она от имени НБУ решала кулуарные вопросы с банкирами (о чем свидетельствуют пленки Рожковой, которые странным образом не были взяты в работу Национальным антикоррупционным бюро).
Family office — это закрытая структура, профессионально управляющая финансами одной семьи или нескольких семей. Офис предоставляет услуги в сфере инвестирования, налогов и управления деньгами. Имена бенефициаров обычно не афишируются. Выбор Кипра вполне ясен. Страна удобна как локация тем, что предоставляет налоговые льготы и удобна для работы в ЕС; также на острове большое комьюнити юристов, аудиторов, финансистов и консультантов. И еще один момент. Группа ICU всегда активно использовала Кипр и другие офшорные юрисдикции (в том числе BVI), поэтому страна удобна еще и по этой причине.
Имеет ли Гонтарева отношение к описываемому делу? Официально она продала свою долю в группе ICU еще в момент назначения на должность главы Национального банка в 2014 году. Однако Гонтарева фигурировала в расследовании Офиса генпрокурора и Государственного бюро расследований (ГБР), в рамках которого посылались запросы о предоставлении международной правовой помощи. Проверка ее и других совладельцев ICU на связи с представителями РФ и возможное злоупотребление служебным положением — это еще не обвинение. Но их статус в ходе следствия может измениться. Кроме того, в разное время против Гонтаревой существовали другие дела, ведь она перешла дорогу очень многим влиятельным людям в Украине. Устроенная ею «чистка» банковской системы обернулась для Украины потерей огромной части ВВП на долгие годы вперед.
Убежден, что Валерия Гонтарева и люди, в интересах которых она открывает family office на Кипре, абсолютно не заинтересованы в успешном завершении расследования ГБР и Офиса генпрокурора.
Они должны быть уверены, что со стороны Украины претензии к Гонтаревой сняты. То же касается Рожковой, которую Верховный Суд обязал выплачивать крупную сумму по делу «Платинум Банка».
Вот почему я прихожу к выводу, что группа ICU может быть среди тех, кто горячо поддерживает «Кравченко-гейт» и отставку генпрокурора. Это совсем не оправдывает оскандалившихся прокуроров, зато дает более трезвый взгляд на последние процессы вокруг Офиса генпрокурора.
Чем так важна ICU
Ценность ICU для следствия уникальна. Уникальность группы — это знание секретов окружения Виктора Януковича и Петра Порошенко. Начиная с 2010-х финансовая группа профессионально обслуживала финансовые потоки позапрошлой и прошлой власти. Возможно, нынешняя власть также прибегла к ее услугам, потому что компетенции группы Investment Capital Ukraine, безусловно, высоки.
Среди прочего, после Евромайдана ICU представляла Порошенко в нескольких крупных соглашениях, включая создание «слепого» траста под управлением Rothschild, урегулирование дела Липецкой фабрики, переговоры о покупке телеканалов, соглашения в энергетике и многие другие. И это лишь то, что известно, и благодаря чему Макара Пасенюка считали «финансовой тенью Порошенко».
ICU всегда умудрялась быть в эпицентре бизнеса, связанном одновременно и с властью, и с большими финансовыми потоками, и с подсанкционными лицами. А это значит, что владельцы группы держат в своих руках множество ключей, открывающих именные шкафы клиентов со скелетами внутри.
Некоторое время ICU интересовалось имуществом национализированных российских госбанков, и, вполне возможно, что использовала админресурс для решения вопросов. Конфликт с НБУ вокруг банка «Авангард» — это эхо того интереса. Напомню, речь идет о миллиарде, присвоенном через банк «Авангард». Пасенюк и Стеценко забрали себе 949 млн грн заработавших процентов, вращая замороженные активы «Сбербанка Украина» — ликвидированной «дочки» российского «Сбера». Пасенюк и Стеценко решили не возвращать эти проценты государству, а поделить между собой (принцип кота Матроскина из «Простоквашино»: корова государственная, молоко — наше).
Очевидно, при этом они проигнорировали таблицу деления, которая была бы в этой ситуации достаточно кстати. Их поступок заметили, но дали шанс разойтись полюбовно. Кабмин и НБУ предложили перевести все присвоенные деньги на счета United24. Пасенюк и Стеценко отказались, выплатив себе дивиденды почти на миллиард гривен. В ответ НБУ применил к ним жесткие санкции, включавшие отстранение от управления банком «Авангард» и признание их репутации небезупречной. Суды ICU проиграли и многие месяцы пытаются продать свой банк, чтобы спасти его от ликвидации (дело не идет). К тому же, Кабмин подал на них в суд и стремится обязать их вернуть около $47,5 млн. И только недавно, судя по данным судебного реестра, у них появилась надежда отбелить свою репутацию (что крайне важно для финансистов).
Я не исключаю, что группа продолжает управлять имуществом кого-то из окружения Порошенко, но уже не афиширует это.
Причина для этого есть. Уже несколько лет «Севочёлый» находится под санкциями СНБО и до сих пор считается реальной оппозицией действующему президенту Владимиру Зеленскому. Любые признаки того, что ICU еще обслуживает Порошенко, могут стоить группе не только бизнеса в Украине, но и в мире. Однако я все же допускал бы, что существуют способы анонимизировать капитал так, что теперь это не деньги подсанкционного лица, а просто капитал.
Получение закрытых документов и финансовой отчетности от Нидерландов, BVI и Кипра могло бы выявить факты не в пользу ICU. Поэтому я уверен, что финансисты не сидели сложа руки, а пытались найти способы не дать ход расследованию.
«Инвестиционный капитал Украины» ассоциируется не только с Януковичем и Порошенко. ICU в отдельных эпизодах пересекалась с Виктором Полищуком (экс-владелец «Гулливера», его жену называли родственницей экс-президента РФ Дмитрия Медведева) и структурами Дмитрия Фирташа.
Как видим, многие эпизоды с участием группы были бы интересны следователям. Я допускаю, что получение закрытых документов и финансовой отчетности от Нидерландов, BVI и Кипра могло бы выявить новые факты не в пользу ICU.
Поэтому дело, которое при генпрокуроре Кравченко открылось, но неожиданно растаяло, вполне может ожить снова.
Контакты из РФ
Существует обширная доказательная база контактов совладельцев ICU с россиянами. В частности, об этом можно узнать из документов, сопровождающих совместное следствие ГБР и Офиса генпрокурора.
«Группа компаний Инвестиционный капитал Украина имеет устойчивую финансовую связь с финансовыми компаниями страны агрессора РФ, начиная со своего основания и продолжает его, несмотря на полномасштабную вооруженную агрессию в отношении Украины и внедренных национальных и международных санкций», — говорится в решении Печерского суда от 11 декабря 2012.
В частности, в расследовании фигурирует сотрудничество Гонтаревой, Пасенюка и Стеценко с представителями Внешторгбанка России (ВТБ). Уже после событий 2014 года группа стала владельцем 35,02% акций компании Burger King Russia (Cyprus) Ltd, купив пакет у подсанкционного ВТБ. Семья топ-руководителя ВТБ когда-то была совладельцем ICU.
Также известно, что ICU сотрудничала с подсанкционным российским олигархом Константином Григоришиным. В частности, в январе 2015 года ICU купила 25% акций «Винницаоблэнерго». К тому моменту россиянину уже принадлежал пакет в 72% акций «Винницаоблэнерго». Было мнение, что 25% «Винницаоблэнерго» отошли в пользу Константина Григоришина. Хотя была и другая версия. Она утверждала, что пакет отошел Петру Порошенко в обмен на неприкосновенность других бизнесов Григоришина.
Григоришин — это не только история эпохи Порошенко. После полномасштабного вторжения СНБО отобрал у Григоришина «Запорожтрансформатор» и «Турбоатом», однако, странным образом, не задел его пакеты в шести облэнерго. Персональные санкции против самого Григоришина СНБО ввел только 19 января 2025 года. Фактически никакой блокировки активов нет. Компания «Винницаоблэнерго» не находится под санкциями, не арестована и не конфискована. Почему — очень интересно.
Дело ICU. Личные риски Гонтаревой
Следователи предполагали, что экс-глава НБУ могла сохранять контроль над деятельностью компаний группы ICU после того, как официально вышла из ее владельцев. Кроме того, ее могли подозревать в нанесении ущерба Украине в особо крупных размерах.
Также следствие проверяло личные эпизоды, связанные с Гонтаревой. В частности, возможна причастность эксглавы ICU к выдаче стабилизационных кредитов банкам во время «банкопада». От стабилизационных кредитов достаточно несложно провести линию к статье о нанесении ущерба государству в особо крупных размерах, ведь во время «банкопада» под ликвидацию попала примерно половина украинских банков (несколько десятков).
Цитата из материалов суда:
«Существуют обоснованные основания считать, что Гонтарева В.А. на должности Председателя правления Национального банка Украины, злоупотребляя служебным положением, действуя вопреки интересам службы с целью получения неправомерной выгоды для себя и других физических и юридических лиц в течение 2014-2018 годов способствовала незаконной выдаче стабилизационных».
Еще имя Гонтаревой фигурировало в связи с ее возможной причастностью к отмыванию денег и хищению бюджетных средств, правда, без деталей.
Цитата из материалов суда:
«Досудебное расследование проводится в отношении правления Национального банка Украины, которое под руководством Гонтаревой В.А. в течение 2014-2018 годов, по предварительному сговору должностными лицами группы компаний Инвестиционный капитал Украины (Investment Capital Ukraine или ICU), использовано служебное положение вопреки интересам службы, с целью получения условий для обеспечения неправомерных схем хищения бюджетных средств и легализации доходов, полученных преступным путем».
Обе эти формулировки являются общими. Они могут превратиться, а могут и не превратиться в подозрение. Судя по всему, при Кравченко этого превращения не произошло. Однако оно вполне может произойти после назначения более независимого генпрокурора.
Даже если дело не дойдет до приговора суда, то факты очень удобны для авторов санкций СНБО.
Думаю, что такие риски плохо совмещаются с управлением family office на Кипре.
При чем здесь облигации LPN
Еще один эпизод из биографии группы Investment Capital Ukraine может привести к неожиданному воскресению совместного расследования ДБР и Офиса генпрокурора. Это отношения с владельцами так называемых Loan Participation Notes (LPN), ставших заложниками группы.
Этот эпизод стал важным элементом судебного решения, на основе которого появился запрос ОГП к власти Нидерландов. По обращению Офиса генпрокурора Печерский суд в декабре 2025 года наложил частичный арест на надлежащие ICU облигации Loan Participation Notes (LPN), выпущенные нидерландской компанией EMIS Finance BV.
Запросы направлены на сбор доказательств корпоративных документов, транзакций, голосования, реструктуризации и других моментов. В частности, в запросе речь идет о двух выпусках: Series 26 Notes (на $42,628 млн) и Series 31 Notes (на $49,023 млн). Облигации до войны продавались VIP-клиентам «Сенс Банка Украина». Они пользовались спросом, потому что давали доходность в валюте выше, чем депозиты. После полномасштабного вторжения «Сенс Банк Украина» был национализирован, и облигации «подвисли». Доходы по ним формировались за счет возврата кредитов «Сенса», а государство отказалось платить по долгам бывших собственников. Однако EMIS Finance BV пообещал долги погасить. Реструктуризировать удалось все транши, кроме двух. Именно в этих двух траншах «сидят» ICU.
Группа содержит большинство по бумагам серий 26 и 31, на которые Печерский суд наложил арест. ICU отказалась от реструктуризации Из-за них не могут реструктуризировать свои бумаги держатели меньших пакетов внутри траншей 26 и 31. Миноритарии оказались в заложниках. Они не могут рассчитывать на выплаты, и их бумаги ничего не стоят.
Я допускаю, что ICU хотела сначала «выжать» непроизвольных компаньонов, скупая у них облигации с большим дисконтом, а уже после этого провести реструктуризацию и вернуть себе все $91 млн. Это была бы достаточно типичная для ICU практика. Но пока миноритарии свои бумаги не продали. Подозреваю, они начали в ответ давить на группу.
По моим данным, юристы ICU узнали о запросах ОГП и попытались сбить решения Печерского суда, на основании которых эти запросы сделаны. Тактика достаточно разумна, потому что точная информация из Нидерландов раскрыла бы много чувствительной информации. Кое-что им удалось. В марте 2026 Киевский апелляционный суд удовлетворил апелляционную жалобу ICU Trading LTD и отменил «малое» решение Печерского районного суда от 11 декабря 2025 года. Суд отказал прокурору в наложении ареста на облигации LPN-26, LPN-29 и LPN-31 эмитента EMIS Finance BV Таким образом, первоначальный арест ценных бумаг, наложенный «малым» решением, был полностью отменен. Получив это решение, юристы ICU попытались сбить международные запросы от Офиса генпрокурора.
Подписывайтесь на наш канал в X и Telegram-канал!
Будьте в курсе, кто делает бизнес, политику и поддерживает коррупцию в Украине!
Однако им это не удалось. Во-первых, «большое» решение Печерского суда от 12 декабря устояло в апелляции. Киевский апелляционный суд отклонил апелляцию ICU Trading LTD. Арест облигаций был подтвержден (включая запрет на участие в реструктуризации и корпоративных событиях). По одной из версий, Офис генпрокурора понял, что «малое» решение — в определенном смысле «дефектное», и поэтому пошел в Печерский суд по второму решению, являющемуся нормальной практикой для защиты государственных интересов. И именно поэтому Офис генпрокурора не поддерживал «малое» решение в апелляции, но отстоял «большое». А главное, суд признал, и апелляционная инстанция подтвердила, что облигации LPN соответствуют критериям ст. 170 УПК РФ как связанное с преступлением имущество. Кроме того, суд признал связь с преступлением достаточным даже на стадии, когда никому еще не вручено уведомление о подозрении.
«Коллегия судей усматривает, что приведенные в ходатайстве прокурором доводы о наложении ареста на ценные бумаги — облигации проверялись судом первой инстанции, исследованы материалы судебного производства, а также выяснены обстоятельства, имеющие значение при решении вопроса об аресте имущества и приходит к выводу, что предусмотренных доказательств 7 вполне достаточно. наложение ареста на имущество», — признали судьи.
Поэтому отменить арест облигаций не удалось и международные запросы ОГП продолжили работать. Однако затем возникли слухи, что один или несколько запросов отозваны.
Итак, даже в открытых источниках можно обнаружить массу фактов, которые могли бы создать сложности для бывших и нынешних владельцев ICU.
По моему мнению, это автоматически порождает их мотивацию добиваться закрытия следствия, даже если это потребует отставки генпрокурора Кравченко.
Возможно, владельцы ICU всерьез рассчитывают, что новый генпрокурор сможет предоставить им ценную услугу.
Skelet.Org
Как экс-министр энергетики, которого избили на Кипре, связан с ICU и ДТЭК
ICU и банк «Авангард» «присвоили» и пустили в оборот деньги умершего «Сбербанка России»
Подписывайтесь на наши каналы в Telegram, Facebook, Twitter, ВК — Только новые лица из рубрики СКЛЕП!