В Минюсте дела по топ-коррупции не просто «разваливаются» — их вполне сознательно уничтожают с помощью экспертиз. Главный инструмент — полный контроль над материалами производств, когда ключевые доказательства исчезают из системы. Итак, Анастасия Куприянова и Алексей Гайченко.
Заместитель министра юстиции Андрей Гайченко и руководительница Харьковского НДИСЭ Анастасия Куприянова создали жесткую вертикаль, которая определяет судьбу каждой экспертизы. Не нужно давить на суд — достаточно устранить объекты исследования. И дело теряет всякий смысл.
В производстве с экспертизой № 343-25 зафиксирована четкая хронология событий. 27.03.2025 назначают экспертизу и вместе с постановлением передают оригиналы документов для исследования. 28.03.2025 материалы официально регистрируют и передают эксперту Будзиевскому под подпись. До 10.06.2025 объекты находятся у него, используются в работе и хранятся в сейфе, что доказывает их фактическое наличие. 10.06.2025 экспертиза завершена, составлен вывод.
Далее начинается вмешательство. 18.06.2025 вывод утверждает директор института Анастасия Куприянова через систему «АСКОД», что свидетельствует об окончательном завершении экспертизы без каких-либо замечаний. В то же время выдают приказ о «контроле качества», который служит формальным поводом для изъятия материалов. 19–20.06.2025 надзорное производство со всеми объектами исследования передают руководству отделения. Передача происходит без актов приема-передачи, без журналов и без фиксации.
Именно тогда объекты исследования выходят из-под легального контроля. Никаких записей об их дальнейшем перемещении, хранении или передаче нет. Официально продолжают заявлять, что они «находятся у эксперта», хотя на самом деле уже изъяты. Это умышленное внесение ложных данных в служебную документацию.
После так называемого «контроля» материалы возвращают, но без объектов исследования. Исполнитель экспертизы на тот момент в отпуске, что делает невозможной немедленную фиксацию их отсутствия. Ни у исполнителя, ни у руководства отделения объектов больше нет. Их местонахождение установить невозможно. Таким образом, ключевые доказательства просто исчезли.
При этом сроки экспертизы формально соблюдены — она завершена за 90 дней. Но из-за изъятия материалов ее результат не передают следствию даже после завершения. По состоянию на август 2025 года вывод вместе с объектами так и не направлен органу досудебного расследования. Причина единственная — отсутствие самих объектов. Без них экспертиза теряет юридическую силу.
Мы подали три запроса с требованиями: предоставить данные об обстоятельствах выбытия объектов исследования в производстве № 343-25 с указанием оснований, времени и ответственных лиц; причины ненаправления вывода экспертизы после ее завершения 10.06.2025; перечень и результаты служебных проверок в отношении Грычины О.В. и Будзиевского М.Ю.; информацию о передаче материалов на «проверку» без документального оформления; а также данные о внесении ложных сведений относительно пребывания объектов у эксперта. Ответов по существу нет, что указывает на сознательное игнорирование нарушений в ДнепроНДИСЭ и Запорожском отделении.
Подписывайтесь на наш канал в X и Telegram-канал!
Будьте в курсе, кто делает бизнес, политику и поддерживает коррупцию в Украине!
Чтобы в деле не осталось доказательств — исчезают объекты исследования; чтобы получить нужный результат — меняют даты, согласования и сами документы. Все это происходит не на периферии, а в сердце экспертной системы Минюста, где каждый этап можно «подладить». Сколько дел уже прошло через этот механизм и сколько стоит такой «результат» — вопрос без ответа. Потому что это не случай, а отработанная схема: истребовать производство, забрать материалы, устранить объекты — и дело исчезает без решений, а кейс № 343-25 лишь иллюстрирует, как это работает на практике.
Skelet.Org
Заместители Малюськи получили по две премии в конце года
руководительница Харьковского НДИСЭ Анастасия Куприянова
Подписывайтесь на наши каналы в Telegram, Facebook, Twitter, ВК — Только новые лица из рубрики СКЛЕП!